Элистеру всего на несколько мгновений стало жаль демона, пока он не вспомнил, кого он жалеет. А ещё говорят, что маленькому диггеру нет никакого дела до большого. И на утро следующего дня, входя в Красную Смерть, Элистер просил разрешения у Красного Невидимого. - О великий Красный Невидимый, - начал он свою "исповедь". - Позволь мне, обычному диггеру по имени Элистер, нарушить твои владения. Я пришёл не вредить, я пришёл помочь. Ты ещё не совсем мёртвый, и земля твоя тоже ещё жива, но вы требуете помощи. Я пришёл к вам именно с помощью. Я хочу, чтобы вы вместе стали Красной Жизнью. Разреши мне войти. Мёртвая зона молчала. Небольшие морские барашки набегали на песчаный берег, расстилались прозрачным одеялом, окаймлённым по краям кружевной пеной, убегали обратно. Мелкая пожелтевшая трава впереди тихо шепталась, наклоняясь то в одну сторону, то в другую. Провода, тянувшиеся вдоль берега от одной вышки к другой, даже не колыхались, а висящий на них фанерный флюгер, прогнивший под холодными кислотными дождями, давно умер и был повёрнут к Элистеру плоскостью. Когда-то он жил, как и вся эта земля, окружённая со всех сторон тёплым морем, и был овеян ласковыми ветрами, плясал, вертелся, радовался жизни. Но сейчас он молчал. И зона молчала. - Пожалуйста, - от всего сердца попросил Элистер. Сначала не происходило ничего. Абсолютно ничего, ни одного движения, которое смогло бы укрыться от внимательного взгляда Элистера. Лишь трава, пожелтевшая то ли от дыхания осени, то ли от холодных шагов Красного Невидимого, наклонялась то в одну сторону, то в другую. Всё было пронзительно тихо. Потом... Неожиданно волосы на голове Элистера рвануло вперёд. Он вздрогнул, понимая, что пощады от Красного Невидимого не дождёшься, что он ошибся, предполагая, что на мосту он в безопасности. И холодные же у Красного Невидимого руки. Элистер думал, что прикосновение демона будет обжигающим и болезненным, но это было прохладно, свежо и даже немного приятно. Элистер не мог найти в себе сил повернуться и предстать перед Красным Невидимым, встретиться со своей смертью лицом к лицу.