Сверхновая звезда и надежда высокого кино Майкл Макферсон был чуть выше среднего роста, худ, лопоух и мышиноволос. Вместо того чтобы сходить к специалисту и выправить уши, он предпочитал носить шевелюру до плеч. Уши сквозь негустые волосы всё равно торчали, что смотрелось ещё хуже. Лилен, как ни пыталась, не могла понять, почему Майк, обладающий безупречным вкусом в отношении кадрирования, мизансцены, цвета, жеста, освещения и тому подобного, настолько бестолково распоряжается собственной внешностью. Постригся бы в ёжик и носил цепи, как папа — вышел бы нормальный творческий человек.

На плечо Янине забрался двухнедельный ящерёнок. Поднял голову, пискнул. Макферсон восторженно открыл рот.

— Ну, это же несерьёзно, — сказала та. — Хотите, проводим вас в джунгли, вы там сможете снять их почти в естественных условиях.

Майк вежливо засмеялся.

— Местра Вольф, знаете, один мой коллега уже снял короткометражку о нуктах. На их родной планете. Так что насчёт естественных условий вы меня не обманете…

Лилен не без злорадства следила, как сменялись выражения на отцовском лице, пока Дитрих не овладел собой. Какое-то время папа определённо собирался сказать всё, что думает о режиссёрской братии. Планета-то засекречена, и если на неё сумели попасть какие-то молодые психи, то более серьёзные и потенциально опасные путешественники тем более сумеют.

Лилен и этот фильм видела. Не стала рассказывать о нём родителям. Хороший фильм; правда, скорее, документальная запись. Высший шик — без подрисовки, без эффектов, минимум монтажа. Майк тихо завидовал: сам он обычно брал искусством и работой, такого материала у него не было.

…свет лиловой звезды отфильтрован завесой никогда не рассеивающихся туч; в атмосферном щите бушует чудовищная гроза. Жирные, жидкие, словно ленивые молнии опадают и растекаются по земле. Лиловый, коричневый, серый; известняк, туман, камни. Яркий голубоватый свет электричества. Призрачное солнце растворено в тучах.