Лилен долго стояла на коленях, глядя на лицо матери, полускрытое рассыпавшимися волосами; по-всегдашнему неподвижное лицо. Потом встала и деревянной походкой вышла на улицу. Туман стал похож на песок, в нём невозможно было дышать, но Лилен вдохнула поглубже, обернулась к лесу и закричала, — давясь рыданиями, мгновенно сорвав голос. Вопль пронёсся над кронами, и далеко-далеко закачались деревья, когда из-под их сени поднялось, чернея в блеске рассвета, нечто ужасающее.
— Нитокрис!!
Глава третья
Дикий Порт
Хейальтаэ идёт по коридору, пересекая зоны света и тени.
Огромные глаза подобны двум окнам в ночь, и так же полны звёзд. Переливчатая плёнка, стекающая с благородно узких плеч, тоньше очаровательного намёка, брошенного мастером. Походка — как течение равнинной реки… несмотря на двойную против нормальной гравитацию этого проклятого мира, из-за которой он чувствует себя больным и ущербным. У него хватает физической силы, по делам часто приходится бывать не только здесь, но и на трижды проклятой Цоосцефтес, и всё же тело Хейальтаэ уже сейчас страстно желает возвращения на корабль.
Вопрос можно решить и без личной встречи, но Хейальтаэ вынужден принимать диктуемые условия.
Он в заведомо проигрышной позиции. Хотя бы оттого, что идёт высказывать недовольство и гнев тому, кто выше его в иерархии, при этом опаздывает… вернее, подходит минута в минуту, в то время как этикет велит являться сюда с изрядным запасом времени. Он торопится, невольно припоминая все счета, которые выставляли друг другу когда-то его раса и раса хозяина этой планеты. Захлёстывает страх; невозможно прогнать мысли о том, что должно стереть из памяти: от двадцатилетней давности сделок до последней операции консорциума «Аткааласт». Если это вынырнет из небытия — поистине, лучше смерть.
Обмен веществ недопустимо ускоряется.