Джек Лэнгсон, отморозок и сквернослов, знал латынь.

— По морде тебе сходить могу, — предложил отморозок и медленно моргнул. На иссечённой роже расплывалась чеширская улыбка. Светло-серые глаза, словно раскалённые добела, смотрели с бугристой маски двумя ножами.

«Драки хочет», — в тоске подумал Маунг и тут же понял, что ошибся. Если б Лэнгсон хотел размять мышцы, то сцепился бы со своими, такими же могучими и страшными космопехами. Уж нашёл бы повод.

Сейчас Счастливчик хотел безнаказанно поиздеваться.

«Это Венди его достала», — решил первый пилот.

— Не надо, — сказал он буднично.

— Чего? — удивился Лакки.

— Ну вот побьёшь ты Патрика, — предположил Маунг. — Ляжет он в медотсек. А у нас бой, насильственная стыковка. Упаси удача. И финал всем, Джек.

— Умный ты, Маунг, — сказал Лакки.

— Есть немного, — смиренно отвечал пилот.

Кхин читал выложенные в общий доступ отчёты военных ксенологов. Судя по ним, общение с пленными ррит во многом напоминало его попытки совладать с Лакки.

— Ну ладно, — сказал Джек. — Пойду, убью кого-нибудь.

На самом деле у него просто кончилась морковь.

Кхин проводил Лэнгсона взглядом. Когда двери за его спиной сошлись, Патрик издал тихий стон.

— Заткнись, — сквозь зубы велел Маунг.

— Удачу залапал, — почти всхлипнул Патрик. — Ну зачем, зачем мы его пустили?

— А как бы ты его не пустил? — хмуро спросил Кхин. — У него красный маркер.

Патрик беззвучно сплюнул.

Маунг вздохнул и отвернулся к мёртвому монитору. Лучше не думать о возможных последствиях. В конце концов, из колеса сансары ему ещё долго не вырваться. Это тело — лишь одно из многих.