— А могу я сменить командира?

— Да, но поставьте в известность шефа…

— А если и шефа, и весь триумвират… того? — Джедсон засмеялся пьяным смешком.

— Разумеется. Ведь это самые обычные министерства, только обладающие особыми полномочиями.

— Значит, я всех могу сменить?

— Вплоть до самого себя!

Глаза президента мигом потускнели. Он навалился на столик:

— Нехорошо шутите, мистер советник.

— Простите, ваше превосходительство…

Пьяное превосходительство откинулось назад в кресло.

— А как эти генералы называются по-вашему? — спросил он.

— Генералами и называются. За тридцать лет Контракта у нас произошло полное оземнение. Все государственные должности имеют земные названия, большинство населения знает английский.

Президент быстро хмелел — в отличие от Эрайде, который, как и все виртианцы, был мало восприимчив к алкоголю. Своего обещания относительно государственной символики Джедсон в этот вечер, разумеется, не выполнил. Меж тем у дворца столпились любопытные, ожидая поднятия нового флага. Эрайде вызвал первого секретаря и приказал поднять национальный флаг, столь непонравившийся Джедсону.

На другой день Джедсон, увидев флаг, вызвал к себе Эрайде.

— Почему подняли флаг без согласования со мной?

— Видите ли, вчера было трудно провести согласование с вами.

— Попрошу без намеков! Флаг сменить.

— Ваше превосходительство, это национальная традиция… Президент поднимает свой флаг в первый день правления. Дальнейшее изменение флага — подрыв авторитета президента…

— Что вы ко мне прицепились со своими традициями? Ну хорошо, пусть будет незначительное изменение… Выкиньте змею, пусть меч держит леопард, стоящий на задних лапах. Что у вас обозначает леопард?

— Ваше превосходительство, на Вирте нет леопардов.

— Вот и отлично, исполняйте!

— В полдень должен быть исполнен гимн.