– Вы ведь выросли в окрестностях Буффало, мистер Курц, не так ли?

Курц никак не среагировал, но почувствовал, как его лицо напряглось. О‘Тул знала всю его биографию из личного дела, которое сейчас лежало перед ней. До сих пор она не интересовалась историей его жизни, предшествовавшей Аттике. Что же я сделал не так, подумал он.

Он кивнул.

– Это не профессиональный интерес. – сказала Пег О‘Тул. – Просто я столкнулась с маленькой загадкой, очень маленькой, и я хочу в ней разобраться. Для этого мне нужен человек, выросший здесь.

– А вы к таковым не относитесь? – спросил Курц. В Буффало таких было немного.

– Я здесь родилась, но мы переехали, когда мне было три года, – ответила она, открывая правый ящик стола и доставая оттуда что-то. – Я вернулась одиннадцать лет назад и пошла работать в полицию, – продолжала она, выкладывая на стол белый конверт. – И теперь мне нужен человек, родившийся здесь. И имеющий навыки частного сыска.

Курц непонимающе посмотрел на нее.

– Я не частный детектив, – признес он голосом еще менее выразительным, чем его взгляд.

– У вас нет лицензии, – согласилась О‘Тул. Очевидно, холод во взгляде и в интонации нисколько не предостерег ее. – Естественно, после срока за убийство. Но все, что я прочла и что услышала о вас, свидетельствует, что вы превосходный частный детектив.

Курц с трудом сдержался. К чему, черт подери, она клонит?

О‘Тул вынула из конверта три фотографии и подвинула к нему.

– Может, вы знаете, где это находится или находилось.

Курц посмотрел на фотографии. Стандартные цветные снимки, без обрамления.