Катерина отступила назад, насколько могла – на полшага, к самой переборке – и оглядела его с головы до ног, проверяя общее впечатление от форкосигановского мундира: коричневый китель с фамильным гербом, вышитым серебром на высоком воротнике, расшитые серебром обшлага, коричневые брюки с серебряными лампасами, коричневые же сапоги для верховой езды. В пору своего расцвета форы были кавалеристами. Здесь, без сомнения, в радиусе бог знает скольких световых лет не сыщется ни единой лошади.

Он прикоснулся к наручному комму, настроенному на связь с аналогичным устройством на ее запястье – правда, ее комм был выполнен в стиле фор-леди и оправлен в декоративный серебряный браслет.

– Я свяжусь с тобой, когда буду готов вернуться сюда и переодеться. – Он кивнул на однотонный серый костюм, который она уже выложила на койку. Мундир для военных, штатское для штатских. И пусть вес исторического прошлого, одиннадцать поколений графов Форкосиганов за его спиной восполнят недостаток его роста и слегка сгорбленную фигуру. Ему незачем было упоминать о других, менее явных своих дефектах.

– А что надеть мне?

– Поскольку тебе одной придется играть роль всей моей свиты, что-нибудь эффектное. – Он ухмыльнулся. – У той красной шелковой штуковины достаточно невоенный вид, чтобы отвлечь внимание хозяев станции.

– Только мужской половины, любовь моя, – заметила она. – Может, шеф их безопасности – женщина? Да и вообще, привлекательны ли планетники для квадди?

– Один, похоже, был, – вздохнул Майлз. – Из-за чего и начался весь этот сыр-бор… В некоторых участках Станции Граф нулевая гравитация, так что тебе, наверное, вместо барраярских юбок лучше одеть брюки или легинсы. Что-нибудь облегающее.

– О-о. Да, конечно.

В дверь каюты постучали, и снаружи донесся застенчивый голос оруженосца Ройса:

– Милорд?

– Уже иду, Ройс. Майлз и Катерина поменялись местами – проскальзывая мимо нее и на миг оказавшись на уровне ее груди, он изловчился обнять ее, а затем вышел в узкий коридор курьерского корабля.