«Или сколько её? Ему? Вроде бы не ребёнок, просто маленький — все они такие невысокие… Ладно, выбора-то нет, пусть будет девочка. Какая разница кто? Главное, выполнить задание и доставить на крейсер».

Йис сосредоточил внимание на девочке. Она по-прежнему занималась обнималками с ромашкой-переростком. В левом углу дисплея высветилось расстояние.

«Далековато»,— подумал он.— «Если мы выйдем, она успеет улизнуть. Нужно что-то придумать, чтобы она сама направилась к нам, или просто выйти с голографической завесой?»

В этот момент девчонка отстранилась от цветка и стала кружиться, весело смеясь. Она засмеялась громко и звонко, так как только может смеяться беззаботный ребёнок. Йис не понимал, чему она радуется без видимых на то причин. Самой большой радостью в его жизни было слышать, как его, ещё совсем зелёного, принимали в ряды космической пехоты. Когда ударил военный оркестр и с гордостью объявили имена офицеров, среди которых был и он. Тогда сотни курсантов вскинули руки и провозгласили: «Хай, Хофф! Служим ему!»

«Примитивное племя — примитивные понятия»,— усмехнулся Йис, осматривая простую одежду телесного цвета, в которую была одета девочка. И тут он с удивлением обнаружил, что она сама идёт к нему, словно видела всю разведгруппу так же чётко, как если бы они находились на открытой местности.

―     Приготовиться,— произнёс он в коммуникатор.— Брать по моей команде.

―     Принято,— прозвучал из наушника голос пехотинца.

Девочка шла без каких-либо сомнений, она была спокойна и сосредоточена. Лейтенант мысленно провёл черту и уже был готов отдать приказ, как девочка остановилась, словно предчувствуя опасность, и посмотрела прямо на него (или так ему показалось?), ибо она принципиально не могла его видеть, это было невозможно: разведгруппа была физически невидимой благодаря технике маскировки.