В другом проеме спит, свернувшись калачиком, человек под грязным одеялом, охраняемый дворняжкой-заморышем, которая спокойно смотрит на меня, когда я бросаю пару монет рядом с головой ее хозяина. Человек, мой старый знакомец, шевелится и бормочет, не просыпаясь: "Берегитесь, мистер Карлайл."

Хороший совет, и мне следует прислушаться к нему. Ибо последние три ночи меня перехватывает пара громил в безупречно реставрированном кроваво-красном Ягуаре Марк-I. Каждую ночь большая машина мурлычет впереди меня, когда я направляюсь домой, а человек на месте пассажира склоняется в открытое окошко и говорит о некой книге, находящейся в моем владении, о редком томе, который его наниматель желает купить. Каждую ночь он предлагает за книгу все больше денег и каждую ночь я отвергаю его предложение. Я понимаю, что рано или поздно он перейдет к другой тактике - самое вероятное, к какой-нибудь разновидности насилия. Этой ночью я еще не видел Ягуара, но уверен, что он появится до того, как я достигну безопасного убежища своего дома, и предчувствия этого столкновения словно электрическим током щекотит мне затылок.

Чуть дальше по улице закрывается какой-то клуб. Люди спотыкаясь выходят на улицу мимо двух вышибал в черных костюмах. Какая-то женщина в коротком белом платье горбится на обочине и плачет. Другая в еще более коротком платье обнимает ее за плечи и пытается успокоить, не подозревая об импах, тучами гнездящихся в волосах подруги, словно блохи на больной кошке. Еще одна женщина отталкивает мужчину в сером костюме, безуспешно пробует остановить проезжающее такси, и нетвердо уходит прочь, и пока он изрыгает на нее оскорбления, черные искры гнева прыгают по его лицу. Три мужика в футболках, обнимая друг друга за пояс, шагают мимо меня механической походкой в дрезину пьяных. Когда я делаю шаг в сторону, крайний пристально смотрит на меня, но взгляд его вдруг становится смущенным, когда я снимаю с него зубчатую мелкую тварь, что вызывает его враждебность.