" Думать, как выбираться отсюда"

" Ну, Голос, ну ты же умный, ну придумай что-нибудь!"

" Не истери, дай подумать спокойно"

" Ой, кажется, я сейчас чихну..."

" Не смей!"

" Поздно..."

" Все, я умываю руки, выпутывайся сама!"

- Доброе утро, - от тона незнакомца по коже девушки пробежала целая стая мурашек.

"Эх, придется вставать, когда тебе так ласково желают доброго утра"

Приоткрыв глаза, Ксения внимательно оглядела двух мужчин, один из которых сейчас сидел на кровати и с участием смотрел на нее, и женщину. Незнакомке можно было дать одновременно и лет двадцать, и все сорок: стройная, достаточно высокая, с длинными светлыми волосами, голубыми глазами и розовыми губками, она походила на куклу Барби. Однако что-то в ней было не так.

" Глаза"

" Что глаза?"

" Нет, ну в кого ты такая тупенькая?! Ты в глаза ее вглядись!"

" Глаза как глаза, а вот обзываться не надо"

" В твоем случае это констатация факта! У нее зрачки вертикальные!"

" Ой, мама, точно..."

- Как ты себя чувствуешь? - незнакомец, стоявший до этого момента в тени, подошел ближе, и Ксюша смогла, наконец, его рассмотреть. Это был мужчина лет сорока, высокий, широкоплечий, с подтянутой фигурой, чего не могла скрыть даже одежда, выдававшей в нем человека, привыкшего к физическим нагрузкам, черные волосы уже тронула седина, а в темно-карих глазах отражалась мудрость долгих лет.

" Он очень красив..."

В мужчине чувствовалась некая завораживающая сила, приходящая только с возрастом.

- Как выжатый лимон, очень сильно болит голова. Где я и кто вы такие?

- Ты не помнишь? - в голосе парня, сидевшего рядом сквозило напряжение и ... облегчение?... по крайней мере, именно так показалось Ксении. В отличие от первого мужчины, он был молод, лет двадцати пяти, с длинными, немного выше плеч, светлыми волосами и зелеными глазами. И сказочно красив. Таких в мечтах представляют себе маленькие девочки, строящие замки из песка и грезящие о прекрасном принце: высокий, немного худощавый, с правильными аристократическими чертами лица, парень действительно походил на сказочного персонажа. Однако, как показалось Ксюше, был слишком слащав.