Гуль взглянул на капитана, ожидая увидеть улыбку и поперхнулся чаем. Володя сидел неестественно прямо и застывшим взором следил за кружкой.

Микроскопическими толчками та передвигалась по скатерти, медленно приближаясь к краю Сама собой. Гуль решил было, что это ожили льды, но тут же вспомнил, что под ними не океаническое дно, а мерзлый скальник. Тогда каким образом^?..

Капитан положил на стол чайную ложечку.

— А ну-ка!..

Развернувшись подобно компасной стрелке, ложечка заскользила вслед за кружкой.

— Ловко, — пробормотал Гуль.

— Фокус-покус! — громко и растерянно произнес ефрейтор.

— Вот вам и фокус. — Володя дрожащими пальцами застегивал полушубок, продолжая сосредоточенно глядеть на кружку. — Кажется, начинаю понимать.

— Аномалия? — хрипло спросил Гуль.

— Если бы… — Капитан поднялся. — А ведь я-то, дурак, не поверил. Думал, что блажь… И вам головы морочил. Она ведь так и появлялась раньше.

Сначала электромагнитные возмущения, потом гравитационные…

Далекий взрыв оборвал его слова. Все разом рванулись из палатки, путаясь в длинном, сшитом по эскимосскому образцу пологе, спотыкаясь от острого желания выбраться как можно скорее. Локтем прижимая к груди автомат. Гуль на ходу натягивал варежки. Морозный воздух обжег легкие, в уши ворвался крик капитана:

— Это же наши мины! На такую чертовщину они, конечно, сработают!

Где-то далеко снова загрохотало. Взобравшись на неровный заснеженный холм, Гуль разглядел в туманной дали вспышки пламени. Капитан бесновался внизу.

— Если там кто-нибудь есть — всем крышка! — орал он. — Это же шариковые мины! Одна штука — десять тысяч осколков!.