— Свет, Петрович! — заорал брат Дашки. — Тормози программу!

Однако было уже поздно. Последний светодиод сменил свой колер с зеленого на красный на девятой секунде, а вспыхнувшие под сводами полигона неоновые лампы высветили картину полного разгрома. Так и не успевшие сделать ни одного выстрела конструкты изломанными куклами валялись среди обломков, причем некоторые из них лежали разодранные буквально на несколько частей.

— Твою мать! — энергично выругался начальник отдела. — Последние модели. Бешеных денег стоят.

В операторную вошел мокрый, довольный жизнью и собой Валентин.

— Ну как? В норматив уложился? — радостно спросил он.

— Ты — да. А вот наш бюджет — нет. Эльгард меня уволит… — простонал Стас.

— За такого воина, — хмыкнул Некрон, глядя на мониторы, — в некоторых мирах отсыплют не одну сотню тысяч золотых. Так что можно его в аренду лет на десять сдать, и он все убытки с гаком покроет. Лет пятьдесят Рамодановский филиал конторы ни в чем нуждаться не будет.

— Облизнешься, — фыркнула Дашка. — Прав ни у тебя, ни у Стаса таких нет. У Земли особый статус согласно постановлению Мирового совета тридцать второго года от создания Единой конфедерации измерений за номером шестьсот девяносто три. И согласно этому постановлению использование человеческих ресурсов в других мирах категорически запрещено.

— Какая ты вся правильная, — поморщился вампир, — аж скулы сводит. Смерть мухам, да и только.

— Эх, такую идею на корню обломала, — притворно удрученным тоном поддержал его Стас. — Одним махом решили бы все проблемы.

— Вообще-то проблему можно решить иначе. — Дашка злорадно покосилась на вампира. — Продаем Некрона — и все дела. Клан Непримиримых, как мне намекали, за него такую награду объявил, что нашему отделу и на сто лет вперед хватит.