- Но почему ваше вторжение происходило именно таким образом? Я имею в виду те гадости, которые вы нам устроили.

Первый раз за все время нашей безумной дискуссии экранный Бербело выглядел смущенным.

- Мы просто хотели вам понравиться. Нам казалось, что лучше всего, если мы вас рассмешим. Как это делается, мы изучили за двести лет прослушивания ваших радио- и телепрограмм: этого достаточно, чтобы разобраться в чужом языке, эмоциях, стиле мышления. Мы что, действительно сделали что-то не так?

- Сдается мне, нам сейчас преподадут курс космического чувства юмора, заметил реальный Бербело, обращаясь к реальному мне. А затем спросил своего экранного двойника:

- Да, можно сказать и так. Вы разрушили три огромные корпорации, у которых отобраны лицензии на вещание. Вы выставили в чудовищном свете человека по фамилии Грифф, а также государственного секретаря. Вы, - он даже поперхнулся, - привели моего друга в состояние крайнего бешенства. Все это совсем не смахивает на добропорядочное поведение, вам не кажется?

- Кажется, - ответил экранный я. Я, то есть "он" выглядел сейчас просто потерянным. - Мы никогда больше не будем так поступать. Мы были не правы. Простите.

- А, ладно, забудем об этом, - махнул рукой реальный я. Честно говоря, мне тоже было не по себе. - У кого не бывает проколов.

- Как это благородно с вашей стороны, - с чувством произнес экранный я. Мы бы хотели как-то отплатить вам за причиненный ущерб. И вам, мистер.., э...

- Бербело, - представился реальный Бербело.

- Лучшее, что вы можете сделать, это никогда больше не вмешиваться в цветные телевизионные передачи, - произнес я раздраженно.

- Вы действительно считаете, что этого будет достаточно? Экранный я повернулся лицом к экранному Бербело. - Мы совершили ошибку. Оскорбили их чувства и разозлили. - После чего бросил на нас последний взгляд и пообещал: