— Кто зачем. Повыпендриваться, скорее всего. Ну, и телок своих попасти, конечно…

— А зачем ты брал в библиотеке книжку про культы?

— Так я ж в этом ни бум-бум. А кому хочется выглядеть дураком, когда телка рядом? Я им такой цирк закатил… — но тут он осекся, видимо, вспомнив, чем завершился этот веселый цирк.

— Ты понимал, что из этого может получиться? — спросила Скалли.

— Ну откуда мне было знать? — опять выкрикнул Дэйв, едва не плача. — Откуда? В башке не укладывается!

— Что именно не укладывается?

— Что, что… Известно, что. Он так и не ответил.

— Почему же ты сейчас побежал, если не убивал Джерри? — снова взял слово Молдер.

— Со страху, — честно ответил Дэйв.

— Неркели нас испугался?

— Вас? Нет… — он помолчал, а потом, понизив голос и наклонившись к Молдеру, сказал: — Ведь мы, наверное, правда какого-то черта вызвали… Понимаете? Он Джерри и убил! А я теперь доказывай, что не я!

Откинулся на спинку стула. Шумно перевел дух.

— Вот только не знаю, какого черта он это… — добавил он и опять осекся. — Ой. Черт какого черта… Какого черта черт…

Он нервно хихикнул. Потом коротко засмеялся. А потом, колотясь, как в припадке, начал хохотать.

Там же 13.18

Страшно.

Даже подумать нелепо, что еще вчера вечером было скучно от обыденной жизни. О, если бы вернулось это чувство накатанной колеи, в которой движение равнозначно покою и не может случиться ничего страшнее, чем ссора с домашними или несвоевременный дождь! Только бы вернулось! Только бы снова стало скучно!

Вот теперь — не скучно.

Страшно.

— Один из вас убил Джерри Стивенса, — жестко проговорил Джим Осбери. — Кто это сделал? Зачем? Мы все здесь свои. Пусть тот, кто это сделал, скажет все откровенно.

— А может, это ты его убил? — нервно почесывая щеку, проговорил Пол Витарис.

Они стояли у двери, за которой, они это знали, шел допрос.