Повинуясь душевному порыву, Бенони помахал кактусу в ответ. И никак не мог отделаться от мысли, что, возможно, прощается навсегда и никогда больше не увидит эти величественные и немного таинственные растения, которые росли только в Долине Солнца.
Продолжая подниматься вверх , Бенони вышел к древнему пути, ведущему вокруг гор, и решил немного пойти по нему. Вряд ли навахо могли поджидать в таком месте ночью. Даже если и так, им будет трудно что-либо рассмотреть. Бенони хвастался сам себе, что, продвигаясь в ночи бесшумно, словно койот, тихо, словно лев,-- подобен приведению. Кроме того он слышал, что навахо редко по ночам удаляются от своих стойбищ, так как боятся демонов и сил зла. С другой стороны, отец говорил, что все это ерунда, и навахо боятся темноты не больше финикян. Зато по ночам они часто атакуют отдаленные фермы и одиноких путников.
Этой ночью Бенони шел по дороге. Время от времени под ногами скрипел странный, похожий на камни материал, непрочный и крошащийся при прикосновении. Таким материалом, предположил юноша, древние мостили Тропу Печи. Отец и другие люди описывали этот заменитель камня и строили всякие предположения по поводу его происхождения. Конечно, необязательно все предположения являются правдой. Но так или иначе, сейчас тропа стала не той широкой дорогой, какой ее обычно представляли. Кое-где было так узко, что Бенони проходилось прижиматься спиной к отвесной скале, и осторожно продвигаться лицом к обрыву. Но в некоторый местах тропа осталась широкой, хотя и здесь была усыпана валунами, падающими со скал над дорогой и частично перегораживающими ее.
Весенние ливни прорезали в тропе овраги и канавки.
С приближением рассвета Бенони сошел с дороги, вскарабкался на вершину крутого утеса, и нашел место, где бы он мог спрятаться в норе под тенью железного дерева. Проспав весь день, с наступлением сумерек, после тщательной разведки, юноша спустился на тропу.