Шея затекла, и глаза болели. Потом они вдруг начали предательски слипаться... По счастью, солнце к тому времени склонилось низко к горизонту, и средь деревьев туманными островками неприметно стали собираться сумерки. Умолкли птицы, воздух сделался спокойно-неподвижным, и запахло сразу сыростью лесной... День завершал свой оборот. Идти дальше не имело смысла. И на ближайшей же поляне все четверо расположились на ночлег. Вновь задымил костер из собранных на ощупь - под ногами - прутьев и засохших веток. - Зачем он вам? - удивился Вадим. - Мы сразу заметили, что ночные звери к огню стараются не подходить. Ведь подсознательным наделены не только люди... Пришельцы уселись рядом с Подушкиным и, казалось, сразу задремали. Он и сам едва разлеплял отяжелевшие веки, хотя разрозненные мысли по-прежнему блуждали в голове, сообщая Вадиму какое-то нелепое, болезненное возбуждение. День выдался тяжелый, неспокойный, а впереди... - Когда вы должны быть в условленном месте? - наконец не выдержал Вадим, даже не зная, спят его спутники или еще бодрствуют, как он. - Завтра, днем, - тотчас откликнулся один из пришельцев. Значит, и они не спали - просто сидели, погруженные в собственные мысли. Понять их было можно... - У вас какие-то сомнения? - негромко спросил пришелец. - Не без того, - согласился Вадим. Отнекиваться не имело смысла. - Я так думаю, черта с два мы выйдем к обеду. - Нам еще так далеко? - Ну, в общем - нет... Но какие могут быть темпы, сами посудите! Пришельцы промолчали. Настроение Подушкина их явно огорчило, даже более того - обескуражило: ведь они, безусловно, рассчитывали вовремя поспеть!.. - Если к трем пополудни - по вашему времени - мы не окажемся на месте, то конец, - тусклым голосом сообщил пришелец. - У других разведывательных групп просто нет достаточных резервов нам помочь. - Почему - конец? - неподдельно изумился Подушкин.