Именно в аэропорту мы и встретили Григория, или Гришу, как он предпочитал себя называть. Это был сухощавый мужчина лет сорока: загорелое лицо, блеклые, будто выгоревшие глаза. Редкий ежик коротко остриженных волос и неизменная улыбка на губах. Он подошел к нам, услышав рус­скую речь, — мы с Сергеем как раз изучали рас­писание полетов. Познакомились. Оказалось, что Григорий — потомок белоэмигрантов, перебрав­шихся в Бразилию после революции семнадцатого года. Работал в какой-то строительной фирме, но недавно она разорилась, и теперь Григорий зараба­тывал тем, что показывал туристам из России мест­ные достопримечательности. Говорил он по-русски очень хорошо, акцент был едва заметен. Узнав, что мы направляемся в Манаус, он просиял.

— О, Манаус! — Григорий мечтательно зака­тил глаза. — Хороший город, я прожил там восемь лет. Знаю его вдоль и поперек, у меня там масса друзей.

Сказано это было с явным намеком.

— Нам нужно дальше Манауса, — заявил Сер­гей. — Мы должны добраться до одного из прито­ков Рио-Негро.

— Да какие проблемы? — радостно хмыкнул Григорий. — Берем в Манаусе «Сессну» и летим куда угодно. У меня есть знакомый пилот, бывший военный летчик. Доставит в лучшем виде!

Он явно набивался в проводники, и мы не ста­ли его расстраивать. Было ясно, что Гриша еще тот пройдоха, однако его знание страны, а главное — португальского языка могло нам здорово приго­диться. Переговоры были недолгими: за участие в нашей экспедиции Сергей предложил Грише пять­сот долларов в месяц плюс наши харчи. Тот просил две тысячи, в итоге сошлись на одной.

— Пацаны, не пожалеете! — сказал Григорий, нам стало понятно, с каким контингентом россий­ских туристов он, в основном, общался.

Полчаса спустя мы уже имели на руках билеты на утренний рейс до Манауса. Гриша был счастлив: получив две сотни долларов в качестве аванса, он разоткровенничался и рассказал о том, что найти здесь хорошую работу очень сложно.