Правительство пока еще даже не купило землю под новую дорогу, оставив местных бизнесменов с носом. Официально владелец дома не имел права сдавать его, но он, по-видимому, договорился с кем-то из городских чиновников. А нам было даже на руку то, что дом не числился в аренде – не надо было предоставлять номера социального страхования в полицейский участок, не надо было ждать инспекторов из стройнадзора или пожарников. Раз в месяц 600$ наличными хозяину – и все.

Джордж считает, что владелец, старый морщинистый армянин, говоривший с сильным акцентом, убежден в том, будто мы собираемся использовать его дом или для производства наркотиков, или для хранения краденых вещей, и не желает лезть в наши дела. Пожалуй, это неплохо, потому что он не будет шнырять вокруг.

Дом, в самом деле, стоит на отшибе. С трех сторон его окружает провисшая и проржавевшая железная сетка. На земле повсюду валяются разобранные радиаторы, моторы, ржавеющие детали всех видов. Залитая бетоном стоянка перед домом вся потрескалась и почернела из-за вытекшего когда-то из картеров бензина.

На фасаде огромная надпись, которая чудом не обваливается с одного конца. Надпись гласит: «Сварные работы, Д*Т Смит и сыновья». Половина окон на первом этаже без стекол, однако, они забиты изнутри.

По соседству грязный мелкий бизнес. В непосредственной близости небольшой гараж с грузовыми машинами и склад. Грузовики уезжают и приезжают всю ночь, и это значит, что у копов не возникнут подозрения, если они увидят нашу машину разъезжающей в неурочные часы.

Итак, решив перебраться, мы не стали откладывать это в долгий ящик. Поскольку на новом месте не было ни электричества, ни воды, ни газа, то мне пришлось заниматься этим, пока остальные перевозили вещи.