Как вскоре выяснилось, они хотели, чтобы Организация свела свою деятельность до «безопасных» акций, то есть до оплакивания, желательно шепотом, ужасного состояния общества.

С другой стороны, более воинственные члены Организации настаивали на том, чтобы немедленно выкопать оружие и начать реализацию террористической программы против Системы, казня судей, редакторов газет, законодателей и других ее представителей. Им казалось, что пришло время подобных действий, на фоне Ружейных Рейдов мы могли бы таким походом против тирании завоевать симпатии населения.

Сейчас трудно сказать, были они правы или нет. Лично мне кажется, что нет – хотя в то время я был одним из них. Вне всяких сомнений, мы могли убить многих, ответственных за беды Америки, но на длинной дистанции наверняка проиграли бы.

Во-первых, об этом говорит хотя бы отсутствие достаточной дисциплины, необходимой для проведения кампании террора против Системы. В Организации хватало трусов и пустозвонов. Информаторы, идиоты, слабаки, безответственные ничтожества привели бы нас к гибели.

Во-вторых, и теперь я в этом уверен, мы слишком оптимистично судили о настроениях американцев. За всеобщее возмущение Ружейными Рейдами, которые нарушают права граждан, мы принимали пассивную неловкость из-за волнений, неизбежных при массовых арестах.

Как только средства массовой информации убедили американцев, что им ничего не грозит, что правительство преследует только не желающих расставаться с незаконным оружием «расистов, фашистов и другие антисоциальные элементы», общество успокоилось и вернулось к своим телевизорам и страничкам юмора в газетах.

Увидев это, мы были, как никогда, обескуражены. В основу наших планов – на самом деле, и Организации тоже – была заложена твердая уверенность в том, что американцы внутренне против тирании, и когда Система перегнет палку, их будет легко повести на ее свержение. Мы глубоко заблуждались, недооценивая, насколько материализм разъел души наших сограждан и насколько средства массовой информации могут манипулировать их чувствами.