Моя вахта началась сразу же после роспуска собрания, и мистер Форстер вежливо, но несколько, как мне показалось, свысока указал мне моё рабочее место и вкратце ознакомил с системой расположения приборов, очень разумной и удобной, не скажу, что лучшей, чем у нас на корабле, но два момента мне понравились, и после того, как я обдумаю, как их включить в нашу систему с большей пользой, я предложу их Алексею Афанасьевичу. Почему бы не воспользоваться опытом западных коллег?

Кстати, я через предложение пишу "мне показалось", "я ощущала", "я чувствовала". Но я, и в самом деле, воспринимала окружающих людей не глазами, а чувствами. Что я могла увидеть? Лишь внешние данные тех, с кем я в это время имела дело. Сначала я обозревала командира, потом очередь дошла до первого штурмана, а бортинженера я так и не успела рассмотреть, потому что он отправился в свой ежедневный обход корабля. Мистер Форстер внешне довольно благообразен, даже привлекателен. Нос у него красивый, прямой, с лёгкой горбинкой, глаза обычные европейские, светло-серые в голубизну, губы твёрдо очерчены, производят впечатление тонких из-за его манеры их крепко сжимать, подбородок выдаётся вперёд, но не так сильно, как мне это показалось вчера. Я читала, что выдающийся вперёд подбородок — признак мужественности и силы характера. Может, эта отличительная особенность его лица накладывает на весь его облик отпечаток властности и лидерства, а может, его мужественная душа заявляет о себе через взгляд, но сразу чувствуешь, что этот человек стремится к чему-то великому, мечтает о подвигах и героической работе и, кто знает, возможно, скоро его имя прогремит на всю Вселенную.