На Дерке красовались пиджак бледно-салатного цвета, и темные брюки, сильно зауженные снизу по последней плобитаунской моде. Петлицу пиджака украшал белый пластиковый цветок, а в заколке для галстука вспыхивал кроваво-красным светом синтетический рубин.

Скайт Уорнер был одет хоть не столь броско, как его друг, но тоже нарядно: летная кожаная куртка небрежно наброшена поверх белоснежной рубашки с расстегнутым воротом; на ногах остроносые, до блеска начищенные ботинки; новые брюки безупречно отглажены.

— Ну, друг, за чистое пространство! — произнес Дерк тост и залпом, словно это было виски, отправил содержимое бокала в рот.

Скайт Уорнер последовал примеру товарища. Не выпить «за чистое пространство» в ночь перед стартом считалось у космолетчиков плохой приметой. Дерк с этим пользовался, произнося тост в четвертый раз.

— Джо, дружище, принеси еще шампанского! — воскликнул Дерк, отставив в сторону пустую бутылку.

— Дерк, — заметил Скайт, раскуривая сигару, — мы приканчиваем уже третью бутылку. Я, конечно, не против того, чтобы выпить шампанского в хорошей компании, но я против того, чтобы все делалось за мой счет! Успокойся, Дерк, лучше закури. Да и вообще, не пора ли покинуть гостеприимный бар нашего радушного хозяина? Завтра вылет, и нужно немного отдохнуть. Угощайся сигарой. — Уорнер вытащил из куртки серебряный портсигар.

— Эй, Скайт, не мелочись, — небрежно махнул рукой Улиткинс, — верну, когда продадим наш звездолет! Ты же меня знаешь! Теперь мы с тобой миллионеры… — мечтательно добавил он.

— Пока еще нет.

— Скайт, вечно ты всем недоволен. Считай, что денежки уже в кармане! Ведь до Доминанты всего неделя пути. Да 106-ю улицу

— Пожалуй что ничего, — согласился Скайт.

— Тогда давай еще выпьем «за горячие двигатели»!