Иосиф был пьян. Сегодня его жена рожала ребёнка, зачатого в блуде, и он ничего не мог с этим поделать. Ещё семь месяцев назад раввин предупредил, что если с плодом случится несчастье, с самим Иосифом случится нечто похуже.

–Не горюй, друг... – в траву рядом с ним опустился какой-то оборванец. Иосиф поднял мутные глаза.

–Ты ещё кт... кт... кто? – выдохнул он.

–Забыл уже? – оборванец усмехнулся. – Я глас вопиющего в пустыне!

Сквозь винный туман наконец проник зрительный образ, и Иосиф растянул губы в улыбке.

–Ваня!

–Иоанн.

–Ваня, Ваня... – он потеребил курчавые волосы друга. – Зачем пить в пустыне, Ваня?... Выпей со мной. Вот...

Дрожащей рукой он наполнил чару золотистым вином и протянул Иоанну.

–Пей до дна.

–Я не пью...

–В такой день, и не п... п... пьёшь?

Иоанн задумался.

–А ты прав. Сегодня можно и выпить.

Выдохнув, он опорожнил чару до дна и причмокнул.

–Однако, какое вино! Где достал?

–Эти принесли... как их... волхвы.

Иоанн чуть не подавился.

–Дьявольское пойло! – прошипел он.

–Кончай, Иван... – Иосиф блаженно улыбнулся. – Дай хоть раз в жизни волю своему д... д... дьяволу. Пей, пей. Когда ещё такой п... п... повод будет...

Иоанн не ответил. Белый как мел, он смотрел куда-то за спину Иосифа. Там что-то тяжело бумкнуло.

–Говорил я... – прошептал бледный Иоанн. – Дьявольское пойло...

Иосиф с трудом обернулся. То, что он увидел, заставило его икнуть и широко раскрыть глаза. На траве стояло громадное серое яйцо.

–Ни... ни... ни фига себе, – выдохнул Иосиф. Тем временем в яйце раскрылась квадратная дверца и оттуда выбрался самый натуральный, ярко-красный чёртик. Иоанн упал в обморок, его друг уронил чару с вином.