Его улыбка стала еще шире, да еще и заговорщицкой.

-- Я все переносные телефонные системы Центрального Лондона сломал на сорок пять минут ланча, -- с усмешкой произнес он.

Последовало молчание, лишь машины ревели вдали.

-- Да? -- произнес Хастур. -- И что потом?

-- Слушайте, это было трудно было, -- бросил Кроули.

-- Это все? -- спросил Лигур.

-- Слушайте...

-- И как это связано со сбором душ для нашего повелителя? -- спросил Хастур.

Кроули собрался.

Что он мог им сказать? Что двадцать тысяч человек сильно разозлились? Что по всему городу застопорилось движение транспорта по его артериям? А потом пришли все назад, выместили все на секретаршах, или на следящих за движением, или на ком-то еще, а те -- на других? Использовав тысячи хитрых методов, которые -- и это лучше всего -- сами выдумали. И так до конца дня. Эффекты рассчитать было невозможно. На тысячах и тысячах душ появились пятнышки грязи, и нужно было лишь небольшое усилие.

Но демонам типа Лигура и Хастура такое не скажешь. Оба с сознаниями, идеальными для четырнадцатого века. Годы проводят, черня одну душу. Да, да, это было мастерство, но теперь пришло время думать по-другому. Масштабно, широко... В мире пять миллиардов жителей, больше нельзя работать с одиночками, надо распределять усилия. Вот только демоны типа Хастура и Лигура не поймут. Они бы никогда не придумали телевидение на диалекте Уэльса, к примеру. Или налог, зависящий от объема. Или Манчестер.

Манчестером он особенно гордился.

-- Известные Силы, похоже, довольны, -- буркнул он. -- Времена меняются. Так из-за чего мы все здесь?

Хастур что-то поднял из-за могилы.

-- Из-за этого, -- выплюнул он.

Кроули уставился на корзинку.

-- О, -- выдавил он. -- Нет.

-- Да, -- откликнулся Хастур, усмехаясь.

-- Уже?

-- Да.

-- И я, э, должен...?