Удивился Шлыков таким порядкам, голову тщательно ощупал, в болото погляделся и, успокоившись, стал думать, что дальше делать и какую выгоду из этих чудес извлечь можно. Конечно, ягоды эти -- не скатерть-самобранка и даже не сапоги-скороходы, но всё-таки, может, и их к чему-нибудь приспособить удастся? Прикидывал он и так, и эдак, но никакой ощутимой пользы для себя придумать так и не смог. -- Ну и ладно! -- говорит себе Глеб Николаевич.-- И не надо! Буду этими ягодами врагов своих угощать! Вот уж они меня попомнят!..

Высыпал он из корзины все грибы и наложил туда доверху ягод с первого дерева, а на второе даже глядеть не стал.

"Ничего,-- думает,-- не баре! Хватит с них и этих фруктов! В них небось тоже витаминов полно..."

Взвалил он корзину на плечо, повернулся и зашагал откуда пришёл. Идёт и прикидывает, кого угощать будет.

"Первым делом,-- намечает,-- Ярдову незаметно подсуну. Он меня в позапрошлом году олухом обозвал. Пусть теперь попрыгает... Обозников -- тоже кандидатура подходящая. А то больно в начальники лезет! Того и гляди, на повышение пойдёт. А с рогами-то его кто ж повысит? С рогами он выше старшего контролёра не поднимется... Не забыть бы ещё Шапарова попотчевать. А то он как гостей собирает, так приходит магнитофон взаймы просить. Им, видите ли, потанцевать охота! А что магнитофон покарябать можно, так на это им наплевать. Ну, ладно, Шапаров, теперь тебе не до танцев будет..."

И так Шлыков размечтался, что не заметил, как прямо к станции вышел. Сел он на электричку и через двадцать минут уже был в городе. К этому моменту он уже семьдесят две кандидатуры наметил. Пока в трамвае ехал, ещё сорок три набежало. На остановке сошёл радостный, возбуждённый. Идёт и всё беспокоится, не упустил ли кого... И вдруг видит: комиссионный магазин, а в витрине рога выставлены! Точно такие, какие Глеб Николаевич в лесу примерял. Ну, может быть, немножко поменьше и не такие ветвистые, но всё-таки очень похожие. А под ними ярлык: "40 рублей".