Снизу взлетели бушующие волны аплодисментов. Чанаргван улыбнулся.

— Мы стоим за то, — сказал он, рёвом микрофонов перекрывая рёв оваций, — чтобы грядущие поколения никогда не знали ужасов перенаселения, скученности, нарушения экологического баланса. Гигантское предприятие, начатое с колоссальным напряжением сил, успешно развивается! Сегодня стартовал один корабль, первый; следом за ним уйдут тысячи других. Мы знаем свои силы, свои возможности и поэтому с уверенностью смотрим в будущее. Мы уверены — оно прекрасно!

Один из мужчин, сидящей на полу у ног женщины, погладил свою великолепную бороду и попросил:

— Убавь, Бенки…

Второй, чуть скалясь улыбкой, потянулся к стереовизору и сделал тише.

— Вот спасибо, — сказал бородатый.

Бенки оскалился шире и резко склонил голову, так что прямые светлые волосы упали ему на глаза. Он сидел боком к экрану, и глазницы, обрамлённые тонкой пылающей оправой очков, оставались беспросветно чёрными, а зубы холодно блестели, словно это череп ехидничал в смертном веселье.

— Я слышала, Чанаргван не слишком дельный администратор, — произнесла женщина, ни к кому не обращаясь. Её тонкая, точёная рука сползла на курчавую голову бородатого и принялась равнодушно, расслабленно копошиться в его волосах. Это была ласка. — Он навсегда останется адмиралом Звёздного флота, не больше.

— Что мы знаем, душа моя, — ответил Бенки.

— Но я определенно слышала. — возразила женщина. — Ты же знаешь, я всегда отвечаю за свои слова.

— Все отвечают за свои слова, — ответил Бенки. — Но все по-разному.

— Ты несносен, как обычно.

— То ли ещё будет, Мэриэн. Женщина встала.

— Хотите ещё чаю, мальчики? — спросила она гостеприимным голосом.

— Конечно, — ответил Бенки. — Я удивительно люблю, когда за мной ухаживают.

Мэриэн кивнула; перешагнув через ноги бородатого, подошла к стене, обернулась: