Сначала все было легко и просто. Его несло на крыльях сознания того, что через три недели закончится нудный круговорот в этом мире. Затем грела мысль, что там его ждет красочная и непредсказуемая жизнь, когда в любой из следующих дней на голову могут свалиться увлекательнейшие приключения. Потом он вглядывался в темноту ночей и представлял, что будет тогда, когда одиночество отступит навсегда и его будет окружать команда верных друзей. Но, как всегда это и бывает, радужные картины растворились в нечетких рассуждениях разума, порожденного реалиями этой жизни. Может ли существовать мир, законы которого не описываются всей мощью науки, поднабравшейся многовекового опыта? Реальна ли жизнь, наполненная приключениями, или там его снова ждет круговорот? А нужен ли он там кому-нибудь в этом ярком и удивительном мире? И, в конце концов, если таймер периодически сбрасывает время, не проще ли его отнести в мастерскую и навсегда избавиться от наваждений нечеткой логики. Красочные картины стали сменяться мрачными раздумьями, переходящими в апатию и депрессию. В один из таких периодов помутненья за три дня до назначенного срока он сорвался и выкурил сразу чуть ли не полпачки. Через полчаса он понял, что таймер продолжает показывать реальное время, не обнуляя значение своих цифирок. Через час он уяснил, что в мастерскую технику нести уже не стоит. Секунда за секундой убегала в вечность, образующую течение времени реального мира.
После этого он бросил курить. Сразу и навсегда. Взгляд равнодушно пробегал по ярким коробочкам на витринах киосков. А когда он по привычке вытащил сигарету на автобусной остановке и прикурил, то обнаружил, что дым невероятно сушит горло, словно съеденные за один присест десять пачек безвкусных армейских галет. Путь из безысходности растянулся на шесть лет, но и теперь он временами шатался по городу, не обращая внимания ни на что, даже на плотный дождь, пронизывающий холодом поздней осени.