— Мне кажется, — сказала Ива, когда Баффи и Ксандр присели на скамейку по обе стороны от нее, — Хеллоуин — это уже не тот праздник. В детстве мы наряжались и ходили от дома к дому. Было так весело. А когда твой возраст исчисляется двузначными цифрами, все меняется. Жаль, что детство прошло.

— А, по-моему, ничего не изменилось, — возразила Баффи.

— Помнишь, как мы вылавливали Из миски с водой яблоки на хеллоуинских вечеринках, которые устраивала твоя мама? — спросил Ксандр Иву, и она ему улыбнулась.

Эти двое знали друг друга целую вечность, а Баффи приехала только в этом году. Но она не чувствовала себя лишней, даже когда разговор заходил о прошлом.

— Хорошо помню, как ты пытался меня утопить, когда я вылавливала яблоки, — сказала Ива и повернулась к Баффи. — Удивительно, что помнишь такие мелочи.

— Знаешь, мальчишки поступают таким образом, когда хотят понравиться девчонке, — с видом заговорщицы шепнула Баффи.

— Он мне понравился, когда мне было лет пять, — очень тихо произнесла Ива. — И до сих пор я жду, пока он заметит это.

— Обожаю такие вечеринки, — продолжал Ксандр, не расслышав слова Ивы. — Я всегда выигрывал конкурс, где нужно было вырезать из тыквы лицо. То-то весело было! — Он вздохнул. — Ты права. Сейчас Хеллоуин — полная ерунда. Даже фильмы ужасов кажутся чушью с тех пор, как… — он запнулся. — С тех пор, как…

— Знаю, — вздохнув, сказала Баффи. — С тех пор как я появилась в этом городе. Я чувствую то же самое. Мы с мамой раньше вместе смотрели ужастики, объедались попкорном и оставшимися от праздника конфетами. Но постепенно фильмы перестали меня интересовать. Теперь, если мы вместе с ней сидим перед телевизором, удовольствие я получаю только от попкорна и конфет.

Баффи почувствовала, как на руку упала капля дождя и хотела сказать об этом, когда Ива пробормотала: