А они — звери.

Нет — они хуже… Звери, по крайней мере, не бьют, лишь бы поприкалываться.

Едва заметно киваю головой.

Оплеуха — и я затылком врезаюсь в стену. Картинка раздваивается, а потом медленно сходится в одну в течение полминуты.

За что?! Что я сделал не так?

— Так не пойдет, братан! Ты потрудись по-человечески, по-нашенскому сказать: подтверждаешь, что я прошел проверку и обладаю способностью ясновидения? — последние слова Чудной произносит как заученную наизусть фразу.

«Значит, своя шкура тебе дороже истины?»

«Да. И ты всегда это знал!»

— Подтвер… ждаю!

— Так-то лучше! Может, тебе еще чего показать? Могу эта… лозоходство показать. Хошь?

«Отрицательный ответ будет означать еще один удар. Ты же не хочешь, чтобы тебя били, правда?»

— Да.

— Так какие проблемы? Моряк, дай-ка ту палку. И отойди, мешаешь.

Моряк протягивает Чудному увесистый металлический прут.

«Только не надо меня… этим прутом!..»

— На лозу не похоже, ну и что? Значит, моя способность покруче, если даже этим засечет. Ты за мыслью следишь, прохвесор?

— Угу.

— Следи-следи.

Он поднимает прут, берет за середину и зажимает в ладони. Потом начинает обходить с ним комнату.

— Ты смотри, смотри. Тут нифига нету. И тута нету. Оба-на, а теперь глянь!

Прут начинает вращаться в руке Чудного чуть ли не на полный оборот. Внизу стоит большой ящик, на нем — коробка.

— А ну-ка, че у нас здесь? О! Вишь? Пистолет, типа! — он действительно вытаскивает из коробки пистолет. — Значит, я в натуре могу своей способностью эта… находить оружие. Эти воду видят, а я — оружие, че, плохо разве? Подтверждаешь?

Киваю головой.

«Что же ты делаешь, или забыл уже?!..»

— Под… твер…

Чудной поднимает пистолет, и грохот оглушает меня. Сердце готово выскочить из груди.