Кажется, теперь на глазах у нее появляются слезы.

— Но, может быть, еще раз… последний… я вас прошу!..

Ну ладно, я же не зверь, в конце концов!

— Хорошо. Даю вам еще одну возможность. На этот раз — действительно последнюю. Если у вас снова ничего не получится — разговор окончен.

Встаю и подхожу к окну. Быстрым взглядом окидываю улицу. Наконец выбираю подходящий объект. Конечно, это не соответствует условиям «чистоты эксперимента», но в качестве «последнего шанса» сойдет — какая разница, если она все равно его провалит? Оборачиваюсь к испытуемой:

— Только что на той стороне улицы остановилась машина. Какой она марки?

— Понимаете, я плохо разбираюсь в машинах… — она продолжает мысленно умолять меня, все еще надеясь, что я ей подыграю — как невольно подыгрывали те, кому она недавно устраивала не совсем бесплатные представления. Но нет уж — не на того напала!

— Хорошо. Заметьте — я на вашей стороне, я пытаюсь вам помочь. Допустим, марку вы не знаете, но цвет-то вы можете определить?

Секунд десять она стоит неподвижно.

— Мне сейчас трудно… Знаете, я вся на нервах…

— Так какого цвета машина? — делаю вид, что не расслышал последней фразы.

— Зеленого! — наконец выдает она с видом обреченной.

— Ошибаетесь, уважаемая! Машина «БМВ», красного цвета. Можете посмотреть, если не верите мне.

— Нет, я… Скажите, а там рядом… нету зеленой машины?

— А вот это, Наталья Алексеевна, никакого значения не имеет. Я же поставил вопрос совершенно четко — машина, которая ТОЛЬКО ЧТО остановилась. Так как же быть в таком случае с вашим так называемым «экстравидением»? Неужели вы неспособны различить, какая машина стояла, а какая подъехала? На что же в таком случае годно это «экстравидение»? На что, я вас спрашиваю?