- Понимаю, сэр.

- Следите за чернильницей!

Испуганный, я послушно перевел взгляд на чернильницу. Мне показалось, будто из чернильницы раздалось пронзительное жужжание, затем она стала как-то тревожно вибрировать и, наконец, запрыгала по столу, описав два круга. Тут же она остановилась, снова зажужжала, налилась огнем и разлетелась вдребезги с голубовато-зеленой вспышкой.

Должно быть, волосы у меня встали дыбом. Профессор негромко рассмеялся.

- Магнетизм? - наконец выдавил я из себя.

- Господи, если бы магнетизм, - пробормотал профессор.

И вот тогда-то он и рассказал мне о динамопсихизме. Сам он только знал, что такая сила существует, но объяснить ее не мог.

- Это я и только я - вот что ужасно.

- По-моему, это удивительно! - закричал я. - Потрясающе!

- Если бы я только и мог, что заставить плясать чернильницу, то ко мне следовало бы отнестись, скажем, как к глупой забаве. - Он сокрушенно пожал плечами. - Но я не игрушка, мой мальчик. Если угодно, мы могли бы сейчас поехать за город, и вы бы сами все увидели. - Он рассказал мне о превращенных в пыль каменных глыбах, о разбитых в щепки дубах, стертых с лица земли заброшенных фермерских домах в радиусе пятидесяти миль от колледжа. - И все это я сделал, сидя здесь: просто представил себе и даже не напрягался.

Он нервно поскреб затылок.

- Напрягаться изо всех сил я боюсь: не знаю, какие это вызовет разрушения. Простой мой каприз - все равно что фугасная бомба, вот до чего дело дошло. Наступила гнетущая пауза. - До самого последнего времени, - продолжал он, - я считал, что лучше всего держать мое открытие в тайне, потому что не знал, как его могут использовать. Теперь же я понял, что на эту тайну у меня не больше прав, чем на личное владение атомной бомбой. - Он порылся в кипе бумаг. Здесь, я полагаю, сказано все, что нужно. - И он протянул мне черновик письма на имя государственного секретаря.