Он вышел на ярко освещенную людную улицу, мельком заметил витрины, вывески, стоящие у тротуара машины. На переднем плане - суета, на заднем приятная глазу статичность. Из дверного проема магазина (судя по витрине, магазина готового платья) доносилась музыка. Знакомая мелодия. Бетховен, "Апассионата". Занятно, подумал он.
Впереди - гостиница. Трудно с чем-нибудь спутать это многоэтажное здание в окружении деревьев, чугунной ограды и запаркованных машин. Он поднялся на крыльцо, вошел в вестибюль и остановился. Что теперь? Он чувствовал, как бьется сердце Икары. Неровно. Все реже. Но ведь у него при себе чемоданчик. Да, каким-то чудом Парсонс до сих пор не выпустил его из руки. Он положил девушку на пол и поднял крышку.
Немедленно вокруг собралась толпа любопытных.
- Позовите гостиничного эвтанора!
- Видите, у нее свой.
- Некогда, - буркнул Парсонс. И принялся за работу.
Глава 4
Над ухом прозвучал вежливый, но властный голос:
- Вам не нужна помощь?
- Нет, - ответил Парсонс. - Впрочем... - Он позволил себе ненадолго поднять глаза. В грудь девушки уже была введена трубка; насос Диксона на время заменит дающее сбои сердце.
Рядом стоял мужчина в белом платье неописуемого покроя, без эмблемы. Он тоже был молод, лет двадцати, но манерами резко отличался от всех, кого Парсонс успел повидать в этом мире. В руке он держал пластмассовую карточку с черной каемкой.
- Уберите отсюда людей, - попросил Парсонс и вернулся к работе.
Насос мерно качал кровь. Парсонс удовлетворенно кивнул - трубка введена правильно, насос снимет чрезмерную нагрузку с кровеносной системы.
Парсонс взял аэрозольный баллончик и покрыл глубокий разрез на правом плече девушки слоем искусственной кожи - он остановит кровотечение и спасет от инфекции. Но рана на плече не самая страшная. Больше всего опасений вызывало дыхательное горло.