– Ничего страшного, – произнес он, открывая задвижку.

Дверь распахнулась, и Тони буквально свалился ему в объятия. Лицо белое, глаза в пол-лица. Парень задыхался, как будто только что финишировал в кроссе по пересеченной местности. Он отстранился, желая удостовериться, что с его другом в самом деле ничего не случилось.

– Я услышал... нет, почувствовал... Это было... – Тони с силой вцепился Фицрою в голые плечи. – Что все-таки стряслось? Вы чем-то рассердили призрака?

– Не думаю. Просто наш гость, похоже, нашел довольно странный, на мой взгляд, способ сказать "нет". Я задал вопрос и получил отрицательный ответ.

– Отрицательный?! – Голос Тони неожиданно сорвался на визг. – Да уж, еще какой отрицательный! Из самого ада, выпивающий до дна душу, уничтожающий все вокруг!

– Не преувеличивай. Все не так уж скверно...

– Это для вас, может, не скверно!

Генри озабоченно вгляделся в лицо юноши.

– А сам-то ты как себя чувствуешь?

– Более-менее. – Тони глубоко вздохнул. – В общем, жив. Но я останусь тут, пока вы одеваетесь. – Он привалился к дверному косяку – слишком испуганный, чтобы казаться жестким или независимым или хотя бы проявить интерес к наготе Фицроя. – Не хочу быть один.

– Рассказать, что произошло?

Тони бросил на вампира красноречивый взгляд: не стоило и спрашивать. Генри посвятил приятеля в подробности своей беседы с призраком.

– Значит, если вы задаете вопрос, на который он хочет ответить "да", призрак просто исчезает. А если "нет" – приходит в сильное возбуждение и кричит?

– И не он один. В его вопле слышатся голоса множества мертвецов.

– И сколько же покойников в этом множестве?

– Не стоит с этим шутить.

– Да уж какие тут шуточки...

Они прошли в гостиную. Тони плюхнулся на свой излюбленный кожаный диван.