- Ура! - завопил Мацумото. - Жди меня, Гонолулу!

По спине Ленгли поползли мурашки. - Нет, - сказал он.

- Что?

- Взгляни на солнечный диск. Он недостаточно велик. Мы должны были оказаться в одной единице от него, а на самом деле оказались на треть далее.

- Нормально, - сказал Мацумото.

Губы Блостейна нервно дрогнули.

- Не так плохо, как могло быть, - сказал он. - Мы доберемся на реактивной тяге.

- Это не самый лучший способ, - ответил Ленгли. - Мы думали, что система управления позволяет контролировать точку выхода с точностью около процента. Мы проверили это в системе Холата. Но почему мы не можем получить такую же точность в нашей системе?

- Ну и что? - нахальная физиономия Мацумото светилась довольством. Мы можем использовать асимптотический способ?

Мысль о том, что, преодолев бесконечность, придется прыгать рядом с Землей, не достигнув ее, была для Ленгли нестерпимой. Он отбросил это предложение и занялся приборами, пытаясь успокоить себя.

Они попали в плоскость эклиптики, и телескоп сразу же идентифицировал Юпитер. Затем приборы показали, что Марс и Венера должны быть примерно на той же линии. Но их не было.

Затем Ленгли, измотанный всем этим, осмотрелся вокруг.

- Положения планет неверные, - сказал он. - Мне кажется, что я узнал Марс... но он зеленый.

- Ты пил? - спросил Блостейн.

- Ни капли, - ответил Ленгли. - Глянь-ка в окуляр: вон диск планеты, на правильном расстоянии и в том же месте, где должен быть. Но он не красный, а зеленый.

Некоторое время они молчали.

- Есть идем, Сарис? - спросил Блостейн тихим голосом.

- Мне пока нечего сказать, - его глубокий голос был совершенно бесстрастен, но в глазах блестела мысль.

- К дьяволу! - Ленгли в отчаянии запустил двигатель. Солнечный диск прыгнул в экранах.