Вако шел далеко впереди, но, услышав крики, бросился бежать. Когда он приблизился, Джоел все еще продолжал вопить. Тогда вождь прикрикнул, чтобы юноша замолчал и держал себя как воин, которым он однажды станет, если доживет до такого момента.

Один из находившихся неподалеку людей объяснил, что случилось.

— Так ему и надо, распущенному молодому дураку, — сказал Вако. Затем он повернулся к Бенони и заговорил суровым тоном: — Почему ты ударил его без предупреждения? Или хотя бы убедился сначала, что один из нас может официально засвидетельствовать вызов.

— Когда мужчина говорит непристойности о женщине, надо заткнуть его грязный рот, — ответил Бенони. — Кроме того, почему я должен соблюдать приличие, бросая вызов? Я не слишком гордый и готов признать, что Джоел гораздо крупнее и сильнее меня. С какой стати я должен давать ему преимущество? Я борюсь, чтобы выиграть, а если попаду в его медвежьи объятия, то мои шансы на победу сильно упадут.

— Я бы не позволил вам убивать друг друга, если бы ты бросил ему вызов, — засмеялся Вако. — Что с вами происходит, молодые глупцы? Вы что, не знаете, что меньше чем через неделю вступите на первую тропу войны? И тогда сможете убивать столько, сколько захотите, даже больше.

Согнувшись, все еще держась за причинное место, Джоел с трудом встал на колени.

— Ты дерешься как грязный навахо! Подожди, вот я приду в себя, ты…прорычал он, свирепо глядя на обидчика.

— Вам обоим придется подождать, — строго сказал Вако. — Я не допущу никаких серьезных потасовок между непосвященными до возвращения с тропы войны. А к тому времени вы уже будете по горло сыты всякими сражениями и драками. Послушайте, я сообщил, что запрещается делать, и если хоть один из вас не подчинится — предстанет перед Советом Кемлбека. А это может означать одно — придется ждать еще целый год, прежде чем выйти на тропу войны. Неужели вы хотите этого?