Пока враг пытался достать юркого суперкарго тяжёлым клинком, бывший послушник подкатился сбоку и полоснул врага по ногам. Мартин, не теряя ни мгновения, ударил теряющего равновесие противника в грудь. Но на место выбывшего уже встали сразу три элитных бойца. Друзья приготовились дорого продать свои жизни. Однако в этот момент за спинами орков возник Избранный. Парой молниеносных ударов он свалил двух врагов, увернулся от очередного пущенного со скалы огненного шара и едва коснулся остриём Когтя плеча третьего нелюдя. Тот дёрнулся было отбить удар, но получил в темя фиолетовый искрящийся разряд и забился на палубе — это сработала магия древнего меча.

— Хватайте Беннета и быстро на берег! — крикнул через плечо Избранный, уже развернувшийся к новым врагам.

— А как же… — начал Лестер, но не успел договорить.

— Бегом! Я не смогу их долго удерживать! — ответ донёсся сквозь лязг стали и треск разрядов. Переглянувшись, Лестер и Мартин кинулись в кубрик.

Раненый кузнец не издавал ни звука, судорожно вцепившись в края плаща, на котором его бегом выносили на берег. Он только пытался вывернуть голову, чтобы взглянуть в сторону палубы, откуда доносились звуки боя.

Лестер, бежавший сзади, болезненно вскрикнул.

— Ты чего? — споткнулся Мартин.

— Магией шаманской задело. Пустяки. Не останавливайся. Донесём до той скалы и назад. Ему нужна помощь!

Избранный тем временем совершал невозможное. Он двигался как смерч сквозь толпу машущих железом орков. После него на тёмных досках палубы оставались тела врагов и огненные брызги боевых заклинаний шаманов, которые попросту не успевали попасть в столь быструю цель.

Отдавшись безумному танцу Когтя Белиара, воин не заметил, как на носовой надстройке галеона сверкнула голубая вспышка портала. Возникшая там тёмная фигура медленно распрямилась и откинула клобук чёрного плаща. На молодом, с правильными чертами, но мертвенно бледном лице выделялись большие сумрачные глаза. Если бы кто-то стоял рядом с местом появления мага, то он мог бы заметить тёмно-красные сполохи в его зрачках. Впрочем, были то отражения кипящей схватки, или глаза действительно светились, не смог бы с уверенностью утверждать даже самый внимательный наблюдатель.