И вот сейчас для объяснения внезапного самопроизвольного перехода дерева, металла и пластмассы во взрывоопасное состояние было придумано похожее определение: "нелинейная сверхкритическая структурная флуктуация", или, если сказать по-другому, как это сделал на следующий день по телевидению один из заместителей членов совета министров, "стойке регистрации крайне осточертело находиться там, где она находилась". Эти слова ему не могли забыть до конца его дней.

Как бывает обычно в подобных случаях, данные о числе пострадавших приводились самые разные. По одним источникам, число погибших составляло 47, тяжелораненых - 89, в других случаях число это доходило до 63 и 130 соответственно, а максимальная цифра поднималась до 117 погибших, потом опять намечалась тенденция к снижению при последующих подсчетах. Окончательные подсчеты позволили установить, что, поскольку все, кого можно было сосчитать, - сосчитаны, оказывалось на самом деле, что никто не погиб вообще. Несколько человек были госпитализированы с ушибами, порезами и травматическим шоком разной степени тяжести, но этим все и ограничивалось, по крайней мере до тех пор, пока не поступало заявлений о чьей-либо пропаже.

Это, кстати, был еще один непонятный момент в этом происшествии. Сила взрыва была достаточно мощной, чтобы превратить значительную часть здания аэропорта в груду обломков, а при этом все люди, который были в аэропорту, либо умудрились упасть как-то очень удачно, либо оказались заслонены одной частью падающей кладки от другой, или же взрывную волну принял их багаж. Так или иначе, но от багажа почти ничего не осталось. По этому поводу парламенту были заданы некоторые вопросы, впрочем, не особенно интересные.

Обо всех этих событиях, равно как и о существовании внешнего мира вообще, Кейт узнала лишь два дня спустя.

А она потихоньку жила в своем собственном мире, где со всех сторон, насколько только хватал глаз, ее окружали старые сундуки, набитые воспоминаниями о прошлом, и она рылась в них с величайшим любопытством, а порой и недоумением.