Хлесткий удар, нанесенный чем-то вроде кнута, сбил этот мохнатый цветок на землю. Зубастая тварь запищала, пытаясь забиться в щель между камнями, но второй удар лишил ее способности двигаться, а заодно — и жизни.

С недоумением Гизелла проследила за кнутом и вдруг догадалась, что на самом деле это хвост Тахора, и никакой благородный рыцарь не пришел ей на помощь.

Тахор сражался с летучими мышами. И убивал их десятками, но они не отступали. Жажда мести и смерти охватила их. Безумная жажда, из-за которой гибнут мелкие царства и приходят в упадок большие.

Тахор был быстр и силен, но мышей было слишком много — и некоторые из них добиралась до демона, несмотря на все его четыре великолепных инструмента для убийства. Несмотря на то, что он подключил к этой тяжелой работе еще и ноги, давя недобитых летучих тварей.

Писк стоял невообразимый. Пещера наполнилась запахом крови. И это была не только мышиная кровь. Кровь зеленокожего демона оказалась черной.

Смешиваясь с кровью мышей, она начинала дымиться, меняя цвет на красный, и подниматься вверх колеблющимися испарениями. И вскоре пол пещеры словно покрылся сетью кровавых ручьев. Гизелла взобралась на камень с краю и прижалась к нему, не смея от ужаса двигаться дальше.

На самом деле битва длилась недолго. За это время даже лучший мясник не успел бы разделать тушу даже самого маленького поросенка. Но принцессе казалось, что прошла целая ночь. И ночь, наполненная кошмаром!

Она пришла в себя только тогда, когда Тахор тронул ее плечо кончиком хвоста.