Кулл ловко заскользил вниз по почти отвесному каменному склону. Его подгоняло предвкушение новых приключений, и от избытка сил он совершал фантастические прыжки, перескакивая с камня на камень, балансируя над туманной пропастью, лежащей у него под ногами. Но, несмотря на недюжинные силу и ловкость, достичь дна каменного провала атлант сумел лишь к вечеру.

Тем временем полуденный жар уступил место ночной прохладе. Но Кулл, одетый лишь в набедренную повязку из леопардовой шкуры, был равнодушен, и к тому и к другому. Его дубленой шкуре позавидовал бы даже толстокожий носорог.

Напившись из ледяного ключа, дающего начало одной из речушек, Кулл быстро миновал каменистую пустошь и смело вступил под сень высоких деревьев.

Дурманящий аромат тайны манил атланта с такой силой, что Кулл решил идти всю ночь. Однако, понимая, что сытому идти легче, чем голодному, он решил сделать небольшой привал, чтобы поохотиться и перекусить.

Через полчаса прямо на берегу безымянной речушки горел небольшой костер, от которого окрест разносился аппетитный запах жареной дичи и запеченной в пряных листьях рыбы. Но азарт гнал атланта вперед, и ел он уже на бегу.

Кулл решил держать путь на горную гряду, названную им Лапой. Отсутствие звезд, скрытых густой листвой, не мешало ему выбрать правильную дорогу. Ориентируясь не хуже ночного хищника, он без устали покрывал лигу за лигой.

Рассвет застал его неожиданно, как раз тогда, когда атлант решил сделать остановку для отдыха. Забравшись на высоченное дерево, вознесшееся над джунглями, Кулл с удивлением обнаружил, что впервые в жизни глазомер его подвел. Несмотря на то что за ночь он проделал немалый путь, расстояние между ним и Лапой, казалось, совершенно не уменьшилось.