- Так не делали бы!

- Директор приказал. А мне отказаться нельзя. Иначе не даст комнату...

Девочка-пионерка (пятый или шестой класс?) остановилась, пробегая мимо, и включилась в нашу беседу.

- Зеркала проклятые! - выговорила со злостью. - Все наши деньги теперь на них уйдут!..

- Глас народа - глас божий! - с иронией произнес "трудовик".

- Чего она так негодует?.. - Я проводил убегавшую девочку взглядом.

- А разве это первостепенно?.. - спросил он, и зеркало дрогнуло в его сильных руках. - Разве нет ничего более важного?..

Как-то неуютно. Как-то зябко... Упал, словно камень, в детдомовскую жизнь. Волны пошли. А что, почему - не пойму...

Думал, мне будут рады. Взрослые, в первую очередь. Воспримут как единомышленника.

Но какое тут единомыслие. Директор есть - и "трудовик". Алена Игоревна - и "старухи"... И ребята - как посторонняя сила, чуждая взрослой суете...

Я привык воображать детдом как братство-содружество, где забота всех обо всех.

И вдруг будто бы я сам по себе. Будто бы никому тут не нужен...

...Он аккуратно одет, широкоплеч, курнос. Глядит прямо и вроде бы насмешливо.

- Я слышал, о чем вы с Аленой Игоревной...

- Ну и что?

- Я знаю, кто звонил... Ну, этой бабке, что попала в больницу...

- Скажи, если знаешь...

- Зачем вам? Настучите?

- Настучу. Дело-то подлое...

- А может, они отомстить хотели!.. Те, что звонили!..

- Неуловимые мстители, да? Благородные разбойники?..

- Да разве вы поймете!..

- Ну, расскажи!.. - пробую его разговорить.

- А почему опасно курить "план"? - вдруг меняет он тему разговора.

- Ты пробовал, что ли?..

Он кивает. Я начинаю с жаром повествовать о наркотическом пристрастии. Так знакомлюсь с Димкой-восьмиклассником...

Еще один знакомец - пятиклассник Сережа. Он прижился в моем кабинете: помогал приводить в порядок документацию, доставал и ставил на место медицинские карты.