– Собираетесь копать, мистер Бейтс?

Я кивнул.

– Это, конечно, не мое дело, но, может быть, вам будет интересно узнать, что Сет как раз вот этим самыми занимался, когда на него наваждение нашло. Аж три или четыре лопаты износил. – Он наклонился ко мне, и глаза его настойчиво заблестели. – И знаете, что самое чудное? Никто не мог найти ни кучки земли где он копал – никаких следов.

Меня слегка ошеломила эта информация, однако я ответил, не задумываясь:

– Там земля вокруг дома выглядит очень хорошей…

Казалось, он вздохнул с облегчением:

– А-а, ну если вы собираетесь грядки копать, тогда другое дело…

Еще одно мое приобретение озадачило его. Мне нужны были резиновые сапоги, чтобы ноги не промокали от жидкой грязи во многих местах тоннеля, где, без сомнения, сказывалась, близость ручья. Но Марш по этому поводу мне ничего не оказал. Лишь когда я уже повернулся уходить, он снова заговорил о Сете:

– А вы больше, ничего не слышали, мистер Бейтс? – Так ведь люди здесь не очень-то разговорчивы.

– Они не все – Марши, – сказал он с вороватой ухмылкой. – Некоторые и говорят, что Сет был больше Маршем, чем Бишопом. Бишопы верили в колдунов и всякое такое. А Марши – никогда.

После такого загадочного заявления я ушел. Теперь я был совсем готов к тоннелю и едва мог дождаться следующего дня, чтобы вернуться под землю и продолжить исследование тайны, которая, совершенно определенно, была связана со всей чертовщиной, окружавшей семейство Бишопов.

Теперь события сменяли одно другое в нарастающем темпе. В ту ночь имело место еще два происшествия.

На первое я обратил внимание рано утром, когда заметил, что вокруг дома бродит Бад Перкинс. Меня взяла досада – быть может, без причины; но я как раз собирался спуститься в погреб. В любом случае, я должен был узнать, что ему здесь надо. Поэтому я открыл дверь и вышел во двор.