Публика у второго дома-соседа была другой. Казалось, что в нем жили сплошь одинокие женщины сравнительно молодого возраста. Дни напролет они сидели на скамейках перед подъездами, болтая с мужчинами кавказской наружности и курсантами военных училищ. Около нашего Дома всегда было тихо. По непонятным причинам окрестным алкашам не приходило в голову использовать наши подъезды в качестве распивочных и общественных туалетов, все это выпало на долю домов-соседей. Угрюмый серый исполин, из-за обилия эркеров, башенок и всевозможных надстроек на крыше напоминавший даже не дом, а средневековый город, стоял пугающий островом абсолютного спокойствия в самом центре городского разгула. Документы Дома и жильцов были в абсолютном порядке, и, не привлекая внимания местных властей, он сумел без потерь пережить даже богатое доносами время. В годы блокады рядом с Домом не падали ни бомбы, ни снаряды, как видно, незримая сила хранила его жильцов не только от людского любопытства.

Именно в таком вот Доме мне и выпала судьба родиться.

1. АППАРАТ ФИРМЫ "ПОРОСЕНОК"

- Обидно сознавать, - сказал папа, устав ругаться, - что двадцать лет своей жизни я исходил из неверных принципов.

Такой переход был мне совершенно непонятен. Десять минут доказывать, что я полное ничтожество, и вдруг - глубокомысленное подведение итогов.

- Ты никогда не задумывался, почему из детей великих родителей не вырастает ничего путного?

- Разве? - я попытался вспомнить хоть факт "за" или "против", но безуспешно. Интересно, это он - "великий родитель"?

- Да-да, именно так. Есть исключения, но они лишь подтверждают правило. Обстановка избранности уничтожает любые, самые прекрасные задатки. Мне казалось, что наследный принц, выросший среди простых людей, не зная, кто он, способен на большее, чем такой же принц, росший королевским сыном.

- Красиво излагаешь, папа, как по-писаному, но какая связь между принцами и твоими неверными принципами? - Я давно так не беседовал с отцом, тем более это было лучше, чем ругаться.