Происходящее казалось Баннермену декадентской сценой, и он записывал все подряд. Неожиданно на Джона налетела девушка, припечатав его к стене.

- Ой! - воскликнула она. В лицо Джона ударил запах бренди. Девушка ухватилась за Джона, стараясь удержать равновесие и пытаясь сфокусировать взгляд на нахмурившемся лице незнакомца. - Как кружится голова, пробормотала она заплетающимся языком. - Кажется, я едва стою на ногах!

Баннермен внимательно оглядел ее, помогая сохранять равновесие. Он чуть прижал ее к стене, так легче всего было не дать ей упасть.

- Немного перебрали, - без обиняков заметил он.

- А? Немного? Нет, приятель, я нажралась! - Глаза незнакомки закатились, видно, у нее снова закружилась голова. Потом она сморщила носик. - Боже... что за шум! Меня сейчас стошнит! - Она спрятала лицо в складках пальто Баннермена.

- Надеясь, вас не вытошнит на мое пальто! - воскликнул он.

Когда незнакомка снова подняла лицо, выглядела она спокойнее. Взгляд ее сфокусировался. Склонив голову набок, она изобразила улыбку.

- Ты не местный... не из Эдинбурга, я имею в виду.

- Я... турист, - пожал плечами Джон.

- Турист в Эдинбурге, зимой? - Девушка выглядела удивленной. Потом, по-прежнему прижимаясь к Баннермену, она захихикала. - Глупость какая, сказала она, когда хихиканье стало тише. - Значит, ты приехал сюда. Господи, что за глупость?

Джон осторожно отодвинулся от незнакомки, по-прежнему придерживая ее за локоть одной рукой.

- С вами все в порядке?

Девушка отчасти пришла в себя, взяла себя в руки, глядя сверху на огромную толпу людей. Большая часть, толкаясь, отправилась прочь по Королевской Миле.

- Уже без десяти полночь! - закричал кто-то, и люди внизу стали двигаться много быстрее.

Они все идут на Аулд Кросс! - задохнувшись, воскликнула девушка. А потом она снова улыбнулась Баннермену: - Вы не присоединитесь к ним?