Араону не нравился учитель — молодой, педантичный, исключительно вежливый, но сухой и неулыбчивый. Младшему брату казалось скучным заучивать на память жития Святых Защитников и описания их духовных подвигов. Однако ж приходилось дважды в седмицу зубрить и рассказывать наизусть очень древние, совсем не увлекательные истории. Учитель цеплялся к словам, заставлял излагать в точности по свитку, а сам читал так, что оба ученика немедленно начинали зевать.

— Ваше высочество, — светлые холодные глаза строго уставились на Араона. — Прошу вас рассказать о чуде Святого Галадеона Сеорийского.

Принц поднялся, зацепившись полой камзола за откидную крышку парты, возвел глаза к потолку, словно в надежде на то, что Святой Галадеон смилостивится и напишет на потолке свою историю.

— В год три тысячи сто двадцатый от сотворения всего сущего, — начал примерно с середины юноша, понадеявшись, что без предыстории обойдется, — многие нечестивые начали использовать оружие со стрельным составом… э… в коем смешаны были уголь древесный, селитра и сера, и убивал он…

— Оно, ваше высочество. Оружие.

— ..оно на расстоянии, поражая, как молнией, малым слитком металла, и пронзал он невинных, поражая… повергая их наземь. И говорили им, что от Нечестивого тот состав, и будут они прокляты перед ликом Сотворивших и… исторгнуты из лона Святой Церкви. Но отвечали нечестивцы: "Что за дело нам до того, если за нами оружие могучее, врагов в страх обращающее; не устрашимся". И… и продолжали… в общем, — вздохнул Араон. Ему очень хотелось пересказать все своими словами, но нужно было шпарить по-писаному.

— Достаточно, — вздохнул в ответ священник. — Принц Элграс, продолжайте.

Братец не слушал, а таращился в окно, и теперь подпрыгнул за своей партой, пойманный врасплох.

— А с какого места?

— С того, на котором закончил его высочество Араон.

— А где он закончил? — нахально улыбаясь, спросил Элграс.