- Глен, - позвал Игон.

Она сразу вошла и уселась на матрац.

- Ну, как ты?

- Лучше, - он утер слезы. - Давай вызовем Трою. Они не посмеют убить нас.

- Игон, - Глен устало вздохнула. - Сколько раз можно обсуждать одно и то же?

- А что ты предлагаешь?! - взвился он. - Сидеть здесь, пока не задохнемся?!

Глен кивнула.

- Ждать до последнего. Вызвать Трою мы всегда успеем.

- Ждать... - сквозь зубы процедил Игон. - Чего ждать? Спасателей? Которые прибудут сюда через шесть месяцев после нашей смерти?

Он вскочил.

- Нет, я вот что скажу. Мы вызовем Трою, а сами спрячемся в скалах. Когда они прилетят, мы захватим челнок, заставим их приземлиться на космодроме, пробъемся в корабль и улетим!

Глен даже отвечать не стала. Просто передвинулась ближе к Игону и попыталась его обнять. Геолог отпрянул.

- Не надо.

- И долго ты будешь сопротивляться? - сухо спросила Глен. - Я ведь не железная.

- Я не люблю женщин.

- Мужчин здесь нет, - Глен раздраженно передернула плечами. - Ты тоже не самый привлекательный самец из виденных мной, но нам необходимо сбросить напряжение, пока оно не переросло в агрессию.

Игон покачал головой.

- Я не могу. Женщина, ну пойми, я просто не могу. У меня есть муж.

- Ты нарушаешь устав, - заметила Глен. - В законе есть четкие указания по поводу отношений внутри длительных разнополых экспедиций.

Игон взорвался:

- С*** я хотел на устав! Мы скоро погибнем, ты что, забыла?! Не отравляй последние дни своей... Своей течкой!

Глен молча встала и вышла из палатки. Игон некоторое время смотрел ей вслед, затем рухнул на матрац, содрогаясь от истеричного плача.

Он долго лежал в одиночестве, слушая шипение своих слез и сводящий с ума посвист респиратора. Черная тоска с каждым часом становилась сильнее. Игон уже почти довел себя до решения обмануть Глен, когда ее голос заставил его утереть слезы и выбраться из палатки в ненавистный красноватый сумрак.