- Ничего не испортили! - поразился он, оглядывая просторный зал в поисках подтверждения, что здесь ступала нога человека.

"Просто не успели", - подумала она.

Полукруглый зал украшали витиеватые колонны. Маленькие окошки вверху притягивали свет и, смешивая краски и оттенки, превращали тьму в уютные сумерки. Вдали начинались ступени, упиравшиеся в небольшую площадку, где стоял каменный куб, а его окружали низенькие столбики.

- Сядем, - он махнул рукой туда.

Она кивнула, легкими шагами пробежала по ступеням и приземлилась на один из столбиков. Камень оказался теплым, словно только что прибыл с морского побережья из-под лучей предзакатного солнца. Он опустился на рядом стоящий столбик. Больше в доме не было ничего интересного, кроме темных треугольников в половину человеческого роста, уводивших в угловые башни. Но нужно ли было здесь что-то еще?

Головы их разом повернулись, взгляды встретились, губы разомкнулись. Никогда еще им не доводилось смотреть в чьи-либо глаза, не отводя взора. Но всегда что-нибудь случается впервые, как сегодня. Тягучие, отрывистые фразы превращались в связную, тесно сплетенную цепочку, соединившую их. Они ни разу не дотронулись друг до друга, их удерживала только та невидимая цепочка и линия взгляда. Души повернулись в едином направлении, изливаясь в словах. Что за слова звенели в сумерках? Нам никогда не узнать их, ибо хоть дом и не располагал грозной табличкой "Посторонним вход воспрещен", но само наличие его здесь предполагало полное отсутствие посторонних.

Неведомые слова плыли в волнах сумерек, как в единственно возможной среде обитания. И в серо-голубых, и в изумрудно-зеленых глазах сверкали искорки сумеречного света.

Все до единой, звезды были против их встречи.