Знойное солнце хлестало лучами землю с лимонножелтого неба. Выгоревшая до бурого цвета равнина казалась бесплодной и неспособной поддерживать жизнь. Но жизнь здесь все же была. Странные увечные деревья тянули к небу узловатые искривленные ветви. Маленькие пучки колючих листьев окаймляли эту уродливую поросль.

-- Божественный день! -- прошептал Бейли. -- Но где это?

Тил покачал головой, глаза его были полны смущения.

-- Это выше моего понимания.

-- На Земле нет ничего похожего. Скорей всего, это другая планета. Может быть, Марс.

-- Бог его знает. Но может быть и хуже, Гомер! Я хочу сказать -- хуже, чем другая планета!

-- А? Что это значит?

-- Все это может оказаться целиком вне нашего пространства. Я даже не уверен, наше ли это солнце. Что-то оно слишком яркое.

Миссис Бейли робко подошла к ним и теперь была во власти диковинного зрелища.

-- Гомер, -- тихо сказала она, -- какие отвратительные деревья. Они пугают меня.

Он похлопал ее по руке.

Тил возился с оконным затвором.

-- Что ты делаешь? -- строго спросил Бейли.

-- Собираюсь высунуть голову из окна. Я хочу оглядеться, и, может быть, я что-нибудь пойму тогда.

-- Ну... что ж! -- нехотя согласился Бейли. -- Но будь осторожен.

-- Хорошо. -- Тил чуть приоткрыл окно и потянул носом. -- По крайней мере, воздух как воздух.

Он распахнул окно, но больше ничего не успел сделать, так как внимание его было отвлечено странным явлением: все здание начало сотрясаться от мелкой дрожи, у людей такая дрожь обычно служит первым предвестником тошноты. Через две-три секунды она прекратилась.

-- Землетрясение! -- воскликнули все разом.

Миссис Бейли повисла на шее мужа.

Тип проглотил слюну. Он быстро оправился от испуга.

-- Ничего худого не случится, миссис Бейли! Дом совершенно надежен. После толчка, который был ночью, можно, знаете ли, ожидать усадочных колебаний.