Узнав о его смерти, обе женщины в панике переглянулись, в глазах каждой застыл вопрос: "Что же нам теперь делать"?

Ни одна не знала, но обе чувствовали, что в своей оценке он не грешил против истины: без него они ничего не могли. Они же женщины, и только мужчина мог сказать им не только, что они должны делать, но, если уж на то пошло, и как. Они не говорили об этом, тема эта их раздражала, но суть не менялась: они понятия не имели, как жить дальше, и мысль о том, что они давно уже стали пленницами тех немногих идей, на которых строил жизнь Джордж Салливан, даже не приходила им в голову. Не следовало полагать их глупыми женщинами, ни одну из них, но они с рождения жили на острове.

О деньгах они могли не беспокоиться: Джордж истово верил в страховку, и когда во время одного из решающих бейсбольных матчей у него не выдержало сердце, его жена получила больше ста тысяч долларов. Жизнь на острове не требовала больших денег, если у человека был свой дом, он ухаживал за огородом, а по осени знал, как распорядиться урожаем. Проблема заключалась не в этом. Проблема состояла в том, что из их жизни вырвали сердцевину, когда после явной ошибки бэттера Джордж упал лицом на заставленный кружками пива стол. После его смерти они уже не жили - существовали.

Я словно заблудилась в густом тумане, иногда думала Мэдди. Только вместо того, чтобы искать дорогу, дом, деревню, какойнибудь ориентир, вроде расщепленного молнией дерева, я ищу штурвал. Если я смогу его найти, то, возможно, скажу себе, где встать и как навалиться на него.

Наконец, она нашла свой штурвал: им оказался Джек Пейс. Некоторые говорят, что женщины выходят замуж за своих отцов, а мужчины женятся на матерях. Утверждение это общее, и справедливо далеко не всегда, но в случае Мэдди так оно и было. У соседей ее отец вызывал страх и восхищение. "Будь поосторожнее с Джорджем Салливаном, - говорили они. - Он отшибет тебе нос, если ему не понравится, как ты на него смотришь".