– Заявление о пропаже сторожевой собаки со двора ООО «Пищевкусовая фабрика имени Емельяна Пугачева»…

– Да-да, есть такая фабрика! Имени самого разбойника Емельки Пугачева. И что они у нас там сейчас для трудового народа изготовляют?

Шламбаум опять зашелестел бумагами.

– Изделия макаронные, товарищ капитан, лапши в ассортименте, напитки безалкогольные, настойки горькие, печенье и… Написано – куськусь какой-то. Наверное, ошибочно.

– Ну, да, конечно, выпил горькую и кускусом закусил! – мечтательно сказал Мурлатов. – Как же я забыл?! А все почему? А все потому, что давно на фабрику эту не заглядывал, не проверял, что там да как, нет ли какой опасности. А надо бы! Вот, Титыч, директор нас и позабыл…

– Молчит, как рыба об лед, товарищ капитан!

– Не то худо, что молчит, а то, что совсем не пользует нас своим вниманием и почтением!

– Днем с вином его не сыщешь!

– Вот-вот… Нет чтобы к празднику горькую да кускус подослать, понимаешь! Куда там!

– А куськусь этот с чем едят, товарищ капитан? – поинтересовался Шламбаум. – Или его пить надо? Или как?

– Да с чем хочешь, с тем и ешь! Блюдо это такое заморское, Титыч. Харч богов! Заветный плод!

– Ишь ты, – потряс головой Шламбаум. – Кусай, значит, не хочу… Вот куськусь от этого и получается.

– Ладно, мы еще с этим Емелькой Пугачевым разберемся, – лениво погрозил куда-то в пылающее зноем пространство Мурлатов. – Он к нам сам с этим кускусом на карачках приползет и будет умолять, чтобы мы его попробовали. В общем, как ты выражаешься, дело пахнет апельсином!

– Да я что, я не против. Куськусь так куськусь! С казенкой и он сгодится.

– Так что ты там Наумычу ответить решил? По поводу пропажи его шелудивого Будулая?

– Ну, как положено, постановление вынес… Лейтенант милиции Кардупа А.Т., это я, значит…

– Ну, будем знакомы, значит, – рассмеялся Мурлатов. – А то я не знал, что это ты!