Впрочем, неудивительно - выросший в семье потомственных служилых людей, он уже в три года пытался таскать по избе отцовский кинжал, подражая баловству старших братьев с саблями, в пять был посажен в самое настоящее седло и впервые попытался выстрелить из боевого лука. В десять - достаточно уверено отбивался от взрослых противников, а в шестнадцать - ушел на Литву в свой первый военный поход. И если он смог попасть в цель всего три раза добросит ли вообще до нее стрелу тощая иноземная девка?

Но боярин даже не подозревал, с какой садисткой жестокостью будут готовить олимпийский резерв в спортивных школах Советского Союза. Засунув в обширный карман на животе грубо сшитые - терпения не хватило - рукавицы, Юля натянула куцые спортивные перчатки: всего два пальца одеты в кожу на правой, и вовсе один - на левой руке. Затем вскинула легкий угольно-черный лук, попробовала пальцами капроновую тетиву. Улыбнулась, опустила колчан на землю, выбрав из него белоснежную стрелу с острым граненым наконечником, встала в позицию, широко расставив ноги.

Несколько минут она выжидала, следя за вьющимися над рекой снежинками, принюхиваясь к воздуху и зачем-то высунув язык. Потом легким движением натянула оружие, на несколько мгновений замерла...

Тын-н-нь - тетива пластикового лука не звякнула звонко, как боярская, а низко, басовито запела, а сам лук медленно качнулся вперед, словно не был зажат в руке, а крепился к ней на шарнире. Под самой развилкой, взявшись словно ниоткуда, выросла новая длинная оперенная ветвь.

Юля наклонилась, достала следующую стрелу, натянула лук.

Тын-н-нь - стрела впилась в сосну на расстоянии пары ладоней от предыдущей. Третья - вонзилась чуть ниже, четвертая и пятая - по сторонам от первой.

- Вот так, - укоризненно сказал кто-то в повисшей тишине. - А ты в ста шагах в зайца попасть не можешь.

Мужчины громко, с облегчением, захохотали.

- Это неправильно, - густо покраснел боярин. - Она по одной пускала, а я все дружно!