Немного придя в себя, спрятал нож обратно за голенище валенка, развязал мешочек. Вместо ожидаемого золота там оказался еще сохранивший запах духов кружевной платок, прядь пшенично-золотых волос и ладанка с какими-то опилками. Русич разочарованно сплюнул, отшвырнул его в сторону, успевшую остыть на морозе серебряную цепочку запасливо намотал себе на запястье и, при каждом шаге глубоко проваливаясь в снег, стал пробираться вверх по течению.

- Еще один рыцарь! - в ярости прошептал кавалер Иван и перевел взгляд на сдавшегося в плен купца.

Он кому-нибудь нужен? Проводником выступает епископ, договориться насчет выкупа удастся не скоро, а таскать с собой лишнюю обузу - много дней. Крестоносец обнажил меч и тронулся к пленнику.

- Нет! Не-ет! Господи Иисусе, не надо! - купец понял, что его ждет, и упал на колени, закрываясь руками. - А-а-а!

Просвистевший клинок оборвал жалобный вопль, обрубив одну руку и погрузившись от ключицы чуть не до живота. Труп отвалился в снег.

- Надо было шубу с него сперва снять, - разочаровано вздохнул фон Гольц. - Теперь испорчена.

Вид разбросанных тут и там мертвых тел, слегка припорошенных снегом, заставил Прослава поежиться - однако он увидел, как с краю реки рыцарские сервы начинают расставлять шатры, и заторопился распрягать уставшую за день Храпку.

- Эй, раб, иди сюда, - подошел заведующий едой кнехт.

- Да нам барона нужно бульоном... - начал было вчерашнюю песню раб кавалера Хангана, но латник небрежно отмахнулся:

- Успеешь. Иди за мной. И ты тоже, - поманил он Бронислава.

Соседи, переглянувшись, послушно двинулись за воином.

- Вот, - подвел их кнехт к паре саней с запряженными в них лошадьми. Ты за эту отвечаешь, ты за другую. Накормить, напоить, попоной укрыть. В общем, головой отвечаете.

- Понял, господин, - Прослав увидел в одних санях большое кровавое пятно и тут же положил ладони на оглобли других. - Все сделаем.